Как известно, создавая проекты жилой среды, Ф.О. уделял пристальное внимание всем ее составляющим, начиная от дверной ручки и заканчивая обивкой мебели и шторами. Тщательная проработка подобных деталей интерьера неоднократно наталкивала нас на мысль возможности создания мастером отдельных независимых от архитектуры ансамблей. Наша догадка нашла подтверждение: в процессе архивной работы нам удалось выявить участие Ф.О. Шехтеля в проектировании декоративно-прикладного убранства столовой особняка А.Ф. Келъха (Петербург). В 1900 году им был сделан эскиз парадного серебряного сервиза стилизованного в «средневековом» духе.


Среди предметов на коллаже, составленном мастером, изображены плодоминажи, канделябр, супница, различные судки, соусник, блюда и другие предметы. Они обладают сложными многогранными формами и ажурным декором «пламенеющей готики», создающими богатую игру светотени. Кроме того, в кружевной декор изделий Шехтель включил фигуры ирреальных существ, поддерживающих сказочную атмосферу столовой. Так, плодоминажи украшены фигурами драконов, грифонов, химер, змей и другой «нечистью». Основанием канделябра служит грифон в рыцарском шлеме, поддерживающий геральдический щит с инициалами заказчика. Разнообразные блюда и соусник Шехтель намеренно «одушевляет», создавая основание в виде мускулистых звериных лап и наделяя страшными головами, ребрами и хвостами вымышленных существ. Серебряную граненную подставку икорницы оплетают извивающиеся ящерицы, словно крадущиеся друг за другом. Такой же прием использует и в другом предмете сервиза, украшенного четырьмя гиенами, каждая последующая из которых держит в пасти извивающийся хвост предыдущей.
Так, иконографические мотивы существ, преображающие предметы сервиза напоминают другие опыты архитектора в сфере оформления жилого интерьера (фигуры химер – гиен и змей ассоциируются с балюстрадой холла особняка З.Г. Морозовой; сказочные птицы подобны деревянным скульптурам кабинета А.В. Морозова и аванзала особняка З.Г. Морозовой; саламандры и ящерицы напоминают известную капитель лестничного холла особняка СП. Рябушинского и т.п.). Все экземпляры посуды, изображенные на эскизе отличаются не только изощренным декором, но и продуманной функциональностью и удобством использования. Мифологические существа зачастую выполняют функцию арматуры для стеклянных емкостей, ручек, основания или ограждения. А пластические качества серебра наилучшим образом подходят для реализации сложного декора посуды.
Таким образом, анализ сервиза показал устойчивость иконографических мотивов в творчестве Шехтеля, их единые истоки, вариативность и широту художественных возможностей архитектора. Также предметы сервиза наглядно демонстрируют кардинально новый подход к проектированию предметов декоративно-прикладного искусства, характерный для рубежа веков и заключавшийся в свободной стилизации, а точнее интерпретации, исторических мотивов средневековья в духе символизма.
Кроме того, наше внимание привлекла супница, украшенная буклированым (или ложчатым) декором. Подобными мотивами обладает кубок с крышкой XV века, выполненный немецкими мастерами, копия которого входила в состав экспонатов музея Строгановского училища. Очевидно, известного архитектора вдохновил именно этот средневековый образец кубка. Как известно, Шехтель был приглашен в училище в качестве преподавателя в 1896 году и проработал на этой должности до 1908 года. Архитектор в числе других крупных зодчих вел предметы «Композиция» и «Изучение стилей» в VI и VII классах. Характерно, что до 1898 года последний предмет назывался «История орнамента». После изменения программы обучения предмет стал более широко рассматривать проблемы стиля: изучался не только орнамент, как прежде, но и вся стилизуемая вещь целиком — ее место и назначение в интерьере, пропорции и форма, материал, техника изготовления и т.п. Лекционный курс Шехтеля непременно совмещался с практическими занятиями по обмерам экспонатов музея училища. Углубленное изучение декоративно-прикладного искусства и стилизации диктовалось новыми потребностями русской промышленности рубежа веков и стремлением создать новую материальную культуру. Показательно, что на выставках живописи и скульптуры того времени стали активно появляться предметы декоративно-прикладного искусства. Поэтому Строгановское училище в этот период направило свою деятельность в русло бытового прикладного искусства.
В описываемое нами время ученики Строгановского училища все чаще привлекались к работе в качестве помощников к ведущим архитекторам. Некоторые ученики работают и с Шехтелем, рисуя по проектам мастера все, начиная от деталей фасада, и заканчивая деталями интерьера, мебелью, предметами декоративно-прикладного искусства. Так на эскизе ученика Строгановского училища Целыковского, изображающем металлический кубок с крышкой мы видим уже знакомые буклированые мотивы и силуэт прообраза из музея училища. Вполне возможно, ученик не только обмерял указанный средневековый образец музея, но и видел эскизы мастера, работая под его руководством. Так элементы кубка с чеканкой, изображенного на эскизе Целыковского – проработанное буклированным орнаментом тулово и крышка, заканчивающаяся крестоцветом и украшенная «готическим» орнаментом, декоративные мотивы геральдичесих щитов на ножках кубка недвусмысленно перекликаются с обликом супницы и других предметов сервиза, созданного Шехтелем.
Таким образом, мотивы серебряного сервиза с эскиза Шехтеля схожи не только с образцом средневекового кубка, находившегося в экспозиции музея, но и с подобными мотивами в проекте одного из учеников Строгановки того же времени. Поэтому взаимовлияние творчества архитектора и методов педагогической практики Строгановского училища вполне очевидно.

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий